Plan → Act
План через Claude / Fable, реализация через Codex или другой implementer.
Презентация
От личной магии к инженерному процессу
Разные комбинации моделей, harness, skills и стратегий работы остаются личными экспериментами конкретного разработчика.
План через Claude / Fable, реализация через Codex или другой implementer.
Одна модель с хорошим context, tools и project-specific skills.
N независимых агентов решают задачу параллельно, а финальный агент объединяет лучшие решения.
Мы используем не обязательно лучший pipeline, а тот, к которому у конкретного человека есть доступ.
Финальный результат задачи виден. Способ его производства — нет.
Jira → агент → QA. Возможно, много ручной доводки за кадром.
brainstorm → plan → act → review → fix. Возможно, меньше ручного кода, но больше orchestration.
Свой набор prompts, skills, tools и привычных проверок.
Мы не можем сравнить способ производства результата.
Оплаченная вычислительная ёмкость распределена между людьми, а не между задачами.
У разработчика закончился weekly limit. Задача ждёт обновления квоты, хотя компании прямо сейчас нужен результат.
У другого разработчика дорогая подписка, но половина лимита не используется. Оплаченный compute простаивает.
У компании одновременно есть оплаченный неиспользованный compute и задачи, которые ждут свободного compute.
Цена подписки и количество токенов не равны стоимости разработки.
API, подписка, tokens, лимиты модели.
Постановка, ожидание, перезапуски, ручные правки, review, QA, CI, пропущенные ошибки и последующий технический долг.
Видна стоимость compute. Не видна стоимость принятого результата.
Разработчик может вести несколько задач, но его компьютер не является инфраструктурой для параллельного agent execution.
Каждая задача требует изолированного состояния проекта и ветки.
Несколько запущенных окружений быстро съедают RAM и CPU.
Сборки, тесты и QA конкурируют за один локальный ресурс.
Артефакты и зависимости множатся на каждой параллельной сессии.
Масштаб agent execution определяется не задачами компании, а ноутбуком конкретного разработчика.
Команда не может честно проверять разные модели, конфигурации и процессы на сопоставимых задачах.
Agent pipeline пока не является измеримым объектом инженерного улучшения.
Статус «задача у разработчика» скрывает несколько стадий agent execution.
Человек формулирует задачу и контекст.
Агент работает или ждёт compute.
Возникает решение, которое надо проверить.
Агент пишет код, запускает проверки.
Человек принимает, правит или возвращает.
В Jira всё это часто выглядит как один этап: «задача находится на разработчике».
Код сохраняется в PR. Но исследование, план, альтернативы и причины возвратов часто остаются в session history.
Код, pull request, комментарии code review, финальный статус задачи.
Research, plan, rejected approaches, plan review, agent QA, причины внутреннего возврата и вмешательства человека.
Code review формализован. Plan review остаётся внутри персональной сессии.
С агентами программист всё чаще не пишет код сам, а делегирует работу, контролирует исполнителя и принимает результат.
«Я умею пользоваться AI». Тогда микроконтроль, ручная доработка и постоянные подсказки воспринимаются как нормальная часть работы.
«Я делегировал работу исполнителю». Тогда важно, насколько автономно он справился, сколько потребовал контроля и где сорвал delegation.
AI-агента нужно оценивать не только как инструмент, а как исполнителя, которому делегируют работу.
Когда агент решает задачу с первого запуска, ценность человека часто была создана раньше или между видимыми статусами.
Выбор harness, модели, tools, правил и режимов работы.
Формализация проектных conventions и типовых действий.
Plan review, выбор подхода, оценка рисков, acceptance.
Постановка, возвраты, корректировки, разбор неудачных попыток.
То, что видно в Jira, всё чаще выполняет агент. То, что реально делает человек, часто не видно.
Не видно, где человек создал ценность: в постановке, выборе pipeline, plan review, делегировании, ручной доработке или финальном решении.
Agent execution происходит вне общего контура наблюдаемости разработки.
Агент исследовал код, написал реализацию и знает контекст задачи. Но обратиться к нему может только владелец сессии.
Разработчик становится ручным API-шлюзом к собственной agent session.
Это не только межкомандная проблема. Даже два разработчика внутри одной области часто не имеют доступа к agent stack друг друга.
Два клиентских программиста не могут корректно синхронизироваться по agents, skills, session history и локальным conventions.
Клиентский разработчик не может запустить серверный harness, а клиентский агент не может обратиться к серверному агенту.
Исполняемая инженерная экспертиза существует, но остаётся привязанной к человеку или локальному team context.
Agent pipeline может иметь очень разные полномочия: от read-only анализа до доступа к production-инструментам.
Что агент может читать, редактировать, запускать и публиковать?
Какие действия требуют approval, sandbox или запрета?
Кто отвечает за результат, если junior с агентом меняет админку опубликованной игры?
Открывать agent harness наружу нельзя безопасно, пока не определены identity, permissions и approval boundaries.
Доступ к context, sessions, tools и исполнителям не является формальной частью процесса разработки.
Agent stack существует внутри границы конкретного пользователя, а не внутри границы задачи или проекта.
Skill влияет на production pipeline, но часто живёт как локальная инструкция, zip-архив, копия в проекте или submodule-репозиторий.
Версии расходятся почти сразу после передачи.
Синхронизация неудобна, не всем нужен этот skill, а обновления трудно проталкивать.
Каждый меняет под себя, но непонятно, какая версия recommended.
Не ясно, кто отвечает за качество, совместимость и вывод из эксплуатации.
Skill управляется хуже, чем обычная библиотека, хотя напрямую влияет на производство кода.
Когда у разработчика «не получается с агентом», помочь трудно: проблема могла быть в постановке, context, tools, plan, модели или ручном вмешательстве.
Можно было отревьюить код, показать неправильный подход и объяснить, как сделать лучше.
Нужно ревьюить взаимодействие с агентом, но session history уходит в локальную историю, окружение меняется, context устаревает.
Мы не можем ревьюить agent session так же естественно, как ревьюим код.
Каждый разработчик развивает своего агента на ограниченном поле собственных задач, хотя на проекте решается гораздо больше похожих задач.
Агент знает мои ошибки, мои задачи, мои правки и мои локальные conventions.
Агент должен знать опыт всех задач проекта: успешные подходы, провалы, review comments, QA findings и типовые решения.
Агент развивается медленнее, если учится только на задачах одного человека, а не на опыте всего проекта.
Проект сохраняет код, но почти не сохраняет производственный опыт, который позволил этот код получить.
Сохраняется результат работы. Не сохраняется опыт производства результата.
У локальных проблем повторяется один и тот же паттерн.
Нельзя честно сравнивать модели, конфигурации и процессы.
Не видно реальной роли человека внутри agent execution.
Context, tools, sessions и permissions замкнуты на пользователя.
Задачи учат отдельных людей и агентов, но не проект.
У этих четырёх групп проблем есть общий root cause.
Это финальный диагноз первого акта.
Подписки, API keys, лимиты, модели, skills, prompts, sessions и накопленный опыт привязаны к человеку.
Runtime, worktrees, Unity, тестовые окружения, active sessions и compute живут на машине разработчика.
Команда не видит stages, traces, исполнителей, decisions, промежуточные artifacts и причины ошибок.
У компании уже есть множество персональных agent stacks, но нет общего agent engineering process.
Если root cause в том, что agent stack привязан к отдельному разработчику, следующий вопрос очевиден: как перенести agent execution в общий инженерный процесс?
От личной магии к инженерному процессу
Multica делает работу ИИ-агентов отдельной частью инженерной системы: её можно запускать, наблюдать, настраивать и анализировать.
Машина, где реально выполняются агенты.
Цифровой исполнитель с конфигурацией, tools и правами.
Общие способности, которые можно развивать и переиспользовать.
Единица агентской работы внутри Multica.
Планы, логи, результаты, метрики и trace выполнения.
Это не чат с моделью. Это среда, где агентская работа становится видимой частью разработки.
Runtime — это место работы агентов: отдельная машина или worker, на котором запускаются агентские задачи.
Как TeamCity agents или GitHub runners: инфраструктура, которая берёт работу из очереди и выполняет её в подготовленном окружении.
Agent — это цифровой исполнитель: настроенная конфигурация, которую можно запускать на задачах и развивать как инженерный инструмент.
Один и тот же model provider может вести себя по-разному в разных harness, с разными skills, tools и правами.
Например: планировщик, кодер, ревьюер, QA-агент или агент для конкретного класса задач проекта.
Skills — это общие способности агентов: reusable-инструкции, правила, знания и процедуры для конкретных типов работы.
Как искать нужные prefab, проверять экран и не ломать соседние окна.
Какие ошибки искать, как оформлять замечания и что считать блокером.
Архитектурные правила, naming, структура директорий и принятые подходы.
Skill должен быть инженерным активом команды, а не устным советом «попробуй вот так».
Multica показывает, что сейчас происходит с агентами, runtime и задачами исполнения. Это не замена Jira, а слой наблюдения за agent execution.
У агентской работы появляется состояние: queued, running, waiting, failed, done.
Issue — это единица работы внутри Multica. В ней хранится постановка, исполнитель, состояние, комментарии, запуски и все материалы выполнения.
Что нужно сделать, какой контекст дан агенту, какие ограничения важны.
У одной issue может быть несколько запусков с разными версиями агента или skills.
Человек может уточнять задачу, возвращать результат и продолжать обсуждение.
После работы агента остаётся не только итоговый код. Остаются материалы, по которым можно понять, что происходило и сколько это стоило.
Агент оставляет след: можно смотреть не только результат, но и путь к результату.
Issue не обязана быть one-shot. С агентом можно продолжать разговор в контексте конкретной задачи и её истории.
Агент становится цифровой личностью процесса: с ним можно взаимодействовать как с исполнителем, без посредника в виде владельца локальной сессии.
Если agent pipeline влияет на production-код, его нужно развивать как инженерную систему: с версиями, владельцами и историей изменений.
Skill, prompt, tools, MCP environment, permissions или runtime policy.
Для каких типов задач и проектов эта версия рекомендована.
На каких issues и метриках новая версия показала себя лучше.
Теперь работа агентов описана не как набор локальных чатов, а как набор управляемых сущностей.
Multica даёт язык и инфраструктуру для агентской работы: runtime, agents, skills, issues, artifacts, metrics и версии.
Следующий вопрос: как встроить это в реальный процесс команды, которая уже живёт в Jira?
От личной магии к инженерному процессу
В текущий task flow добавляются аккаунты агентов. Эти аккаунты видны как исполнители задач, а их фактической работой управляет Multica.
Назначение задачи агенту становится управляемым событием, а не ручным копированием текста в чат.
Цифровой исполнитель связан с конкретным agent stack в Multica: model, harness, skills, tools, permissions и runtime policy.
дешёвый профиль для простых багов, типовых правок и низкого риска.
более сильный профиль для сложных задач и архитектурного контекста.
дорогой режим для важных задач, где цена ошибки выше compute.
Разработчик выбирает подходящий уровень агента под задачу и принимает outcome.
Платформа выбирает конфигурацию, runtime, tools и ограничения доступа.
Когда issue назначается на агентский аккаунт, Jira hook создаёт связанную Multica issue и запускает агента на доступном runtime.
Задачу назначают на Coder.Agent, Reviewer.Agent или другой agent account.
Jira event уходит в Multica integration service.
Создаётся запись исполнения, связанная с Jira-задачей.
Агент работает в облачном окружении и собирает artifacts.
В Jira приходит summary, ссылки и задача возвращается человеку.
Jira issue остаётся входом для команды. Multica становится местом фактического исполнения агентом.
В Jira нужен короткий понятный результат. Подробности исполнения, traces, metrics и artifacts открываются по ссылке в Multica.
Jira показывает производственную историю без превращения issue в dump логов.
Первый безопасный этап: агент не меняет код, а только анализирует diff и оставляет review как участник процесса.
Reviewer получает diff, требования, conventions и контекст задачи.
Агент пишет структурированный комментарий.
Можно менять system prompt, skills и контекст review-агента.
Code review даёт быстрый эффект и сразу учит команду улучшать не задачу, а agent pipeline.
Не надо сразу искать универсального идеального агента. Сначала переносим существующие личные harness, skills и привычные workflows в облачный контур.
мой текущий pipeline: мои skills, system prompt, tools, conventions и способ решать Unity-задачи.
pipeline другого разработчика: другой стиль, другие skills, другие сильные и слабые стороны.
агенты становятся видимыми объектами команды, а не локальными чатами на ноутбуке.
Первый шаг — не стандартизировать всех, а сделать личные agent stacks видимыми, запускаемыми и сравнимыми.
Когда локальные stacks перенесены в Multica, команда впервые видит, чем они отличаются и что из них стоит переиспользовать.
Какие skills подключены, какие tools доступны, какой context используется.
Какие типы задач он решает лучше, где требует меньше вмешательств.
Не пересылать zip, а подключить версию skill и проверить на своих задачах.
Запустить близкие задачи разными agent stacks и обсудить outcome, artifacts и metrics.
Появляется командная работа над agent pipeline, а не обмен устными советами “попробуй вот так”.
Когда agents и skills видны, можно договориться, какие профили использовать для разных классов задач.
простые правки уходят дешёвому Coder Junior.
сложные задачи сначала получает Planner.Agent.
утверждённый план передаётся Coder Senior или Super.
Reviewer.Agent делает agent code review до человеческой приёмки.
QA.Agent проверяет screenshots, сценарии и regression risks.
Стандартизация появляется не сверху, а из сравнения реально работающих agent stacks.
Multica полезна не только для “агент пишет код”. Она даёт общий контур для взаимодействия между разработчиками и командами.
Разработчики видят agents, skills, failures и artifacts друг друга; синхронизация становится предметной.
Клиентский разработчик может запустить серверный прототип или planner execution, чтобы проверить клиент раньше.
QA задаёт вопрос фактическому исполнителю задачи, а не ждёт пересылки через владельца локальной сессии.
Исполняемая экспертиза начинает принадлежать процессу, а не только конкретному человеку.
Разработчик не запускает две локальные сессии и не ждёт ноутбук. Он отправляет задачи в общий runtime pool и позже принимает результаты.
Человек работает с очередью решений, которые нужно принять, а не сопровождает десять локальных чатов.
Junior с мощным агентом не должен случайно получить доступ к тому, что опасно менять автоматически: production admin, publish tools, секреты, платежи.
Доступ агента должен задаваться платформой, а не случайной комбинацией локальных токенов и промпта.
Минимальная инсталляция — это Multica-сервер, Jira integration и набор VDS/workers, на которых будут запускаться agent executions.
Сначала переносим существующее, потом начинаем сравнивать, затем вырабатываем общий pipeline.
Read-only agent review для PR/diff. Минимальные права, быстрый feedback.
Sergey.Agent, Dima.Agent и другие текущие workflows становятся видимыми и запускаемыми через Multica.
Команда обсуждает agents, подключает удачные skills, проверяет конфигурации на задачах.
Постепенно добавляются plan stage, реализация, прототипы и автоматизированные проверки.
Мы не навязываем новый процесс сразу. Мы делаем текущие agent workflows общими, а затем улучшаем их на данных.
В Jira появляются цифровые исполнители, Multica управляет их выполнением, а команда получает общий способ запускать, наблюдать, сравнивать и развивать agent workflows.
Сначала мы переносим личные agent stacks в общий контур. Потом превращаем их в командную инженерную практику.